00:47 

Белая бездна...

Алекс_Джейн Коул
Всегда с тобой. Твоя, Земляничка.
Начало пути.
Серых льдин исток
в чьем-то сердце есть.
Тот, кто одинок,
нам их и не счесть.
Кто-то света ждет.
Некому светить,
Кто куда бредет?
Не видать пути.
Мамору.

- Ты готов, Юджио?..
Я посмотрел прямо в его темные глаза и улыбнулся. Банальная мысль, но на душе сразу стало легко и спокойно. Все сомнения улеглись, оставив лишь простое решение. Юджио понимал меня без слов. Он отвечал мне взглядом. В глубине зрачков уже не плескалось безумие, он понимал, что нас ждет. Его взгляд всегда меня завораживал. Казалось, он проникал мне в душу, открывая все тайны, и как будто решал: поведать ли их миру или оставить себе, как трофей. Так же, как когда-то много лет назад он забрал мое сердце…
-1-

…Это дело было простым и в тоже время сложным. И не потому, что я давно перестал быть наивным 18-летним идиотом, мечтающим о богатстве и жаждущим доказать всему миру, а прежде всего отцу, что я чего-то стою. А стоил я тогда немного. Оставшись без гроша в кармане и без поддержки семьи, в огромном мире, где деньги решают все. Бывший мальчик-белоручка из фешенебельного района Нью-Йорка, я готов был браться за любую работу, лишь бы было, чем набить постоянно саднящий от голода желудок и где переночевать. С последней работы меня благополучно выкинули, хозяин ночлежки потребовал оплату вперед, но в кармане оставалось 10 долларов и я, послав этого жирного борова по известному адресу, оказался на улице. Прохожие оборачивались на меня, как на прокаженного. Слишком силен был контраст истрепанной одежды и приятной внешности. В свои неполные 19 лет я был подтянутым, высоким молодым человеком с волосами пшеничного цвета, серо-голубыми глазами и правильными чертами лица. Одень меня поприличней, и отбоя от девушек не будет. Да вот только девушки интересовали меня мало. В этом и заключалась вся беда….
Со своей ориентацией я определился рано, еще в 16 лет, влюбившись в управляющего делами отца – Мартина Шеридана. Март был старше меня на 10 лет и казался холодным и неприступным. На меня он смотрел свысока, с чувством легкого пренебрежения. Как же, отпрыск знатного рода… А мне хотелось, чтобы он улыбнулся. Чтобы услышал, как бешено стучит мое сердце, как все натягивается внутри, когда я вижу его.
Мартин был гей. Я узнал об этом случайно, когда застукал его с очередным любовником. Мерзким, безобразным шантажом, я заставил Мартина обратить на себя внимание. И как же я был удивлен, когда мои чувства оказались взаимными! Мартин долго потешался над моими потугами шантажировать его. Просто он не знал, как сказать мне о своих чувствах. К тому же, взрослый мужчина и несовершеннолетний пацан, та еще парочка. Мартин был нежен и раскован одновременно. В нем сочетались взрослая мудрость и наивная детскость подростка, который нашел самое ценное сокровище. Мы часами занимались любовью, да именно любовью, потому что назвать просто сексом, то буйство страсти, нежности, доверия и любви у меня не поворачивался язык. Приютом для нас стал старый домик на краю сада, куда давно никто не наведывался. Я наслаждался ответной любовью, не понимая тогда, какое мне выпало счастье. И лишь иногда мне казалось, что что-то тревожит моего любимого, словно он ждет чего-то непоправимого.
Скандал разразился в день моего 18-летия. Утром Мартин преподнес мне шикарный подарок – итальянский стилет в кожаном чехле. Договорившись встретиться в полдень в нашем укромном месте, я отправился выслушивать многочисленные поздравления родственников. В итоге, на встречу я опоздал. Март казался равнодушным и расстроенным.
– Что случилось?
– Алекс, нам нужно расстаться.
– Что?! Ты в своем уме, как это? Ты бросаешь меня, Мартин?! У тебя есть кто-то другой?!
– Дело не в этом, Александр, мне нужно уехать на какое-то время. И потом, ты же понимаешь, что мы не можем больше встречаться… твой отец, наше общество… они не примут нас. Это будет большим ударом для бизнеса твоего отца.
Я слушал и не верил своим ушам. По глазам Мартина я видел, что он лжет. Причина крылась в чем-то другом.
- Да плевал я на общество! Мартин, ты любишь меня?
– Люблю, но, Алекс… у тебя вся жизнь впереди, ты встретишь другого, а я… я, и так уже задержался на этом свете, - с непонятной горькой улыбкой произнес он.
– Что ты мелешь, тебе нет еще и тридцати!.. Мартин, перестань молотить ерунду, сегодня день моего рождения, лучше поцелуй меня, займись со мной любовью. – Я обнимал его, целовал, не зная, как потребовать рассказать правду. - Вечером я не смогу прийти, в доме будет банкет.
– Хорошо, все будет, как ты хочешь, мальчик мой золотой. – Я ненавидел, когда он звал меня так, но возражать не стал.
Спустя несколько томительно- нежных, полных сладкой неги часов, я покинул своего любовника, договорившись встретиться на банкете. Фальшиво улыбающиеся лица, неискренние поздравления, - меня уже начинало тошнить от них, и я мечтал сбежать при первой возможности.
– Джейсон Александр, ты не видел Шеридана? – голос отца застал меня врасплох.
– Мы виделись днем, он готовил тебе бумаги на подпись.
– Странно, он должен был появиться еще два часа назад...
Внезапно меня охватила тревога. Я вспомнил странные слова Мартина, его непонятное поведение. Извинившись перед гостями и отцом, я покинул банкетную залу и почти бегом поднялся в комнату к любимому. Помещение было пустым. На кровати стоял раскрытый чемодан, рядом в беспорядке валялись вещи, словно хозяин собирал их в дикой спешке. Среди одежды я увидел коричневый конверт с эмблемой известного госпиталя «Нью-Йорк медикал». Конечно, я знал, что чужие письма читать нельзя. Но ведь речь шла о моем любимом человеке!.. Я решительно вскрыл конверт и прочитал первых несколько строк медицинского заключения.
Первая мысль была – «все это неправда, это ошибка, этого просто не может быть!»
– Мартин… – бросив письмо на кровать, я пулей вылетел из комнаты. Промчался через весь холл, расталкивая гостей, не обращая внимания на крики и шаги за спиной.
Мартина я нашел мертвым на полу в нашем домике… я звал его, целовал холодные губы, тормошил, - но все, разумеется, было напрасным.
- Март!! Март, это я, Алекс! Пожалуйста, любимый мой, открой глаза! Март, почему ты ничего не сказал!! Не бросай меня, Мартин!! Я люблю тебя!! Мартин!! Не уходииии…
Что было потом, я помню с трудом. Крики отца, обвинения и претензии. Старое городское кладбище и много цветов. Белые лилии. Мартин всегда любил лилии. Я срезал все, что расцвели в нашем саду. Отец сурово поджал губы, но не сказал ничего. Мне же не хотелось жить, я тосковал по нему. Позже тоска сменилась гневом и обидой – как он мог ничего не сказать мне, как мог поступить так эгоистично? Из жалости?! Я не понимал такой жалости. Я хотел разделить с Мартином все до конца, но он решил иначе. Принять его решение, его право на это решение оказалось очень непросто… Порой мы даже не можем себе представить, как дороги нам люди, пока мы их не теряем. Вместе с Мартином на небо ушла часть моей души. Часть меня, наверно, самая лучшая.
...Разговор с отцом не получился. Мы наговорили друг другу столько неприятных слов, высказали столько обвинений, что результат был один: хлопнув дверью отцовского кабинета, я поклялся, что ноги моей не будет в этом доме. Результат был незамедлительным - мой банковский счет был заблокирован. Из университета меня выперли, друзья отвернулись…
И теперь, спустя год скитаний, я стоял, и сглатывая невольную слюну, пялился на аппетитные румяные булочки в любимой кондитерской. Денег, работы, перспектив – ничего не было. Поправив сумку на плече, я двинулся дальше. Я ничего толком не умел делать, отовсюду меня гнали как совершенно не приспособленного к работе. Все, что у меня оставалось, - это мое тело. Что ж, наверно, и ему пришло время поработать. С этой мыслью я и отправился в ближайший бар. Последних 10 долларов ушли на вход.
– Мне нужен хозяин, - обратился я к бармену.
– Хозяин занят, подожди вот там, - я уселся за крайний столик и стал рассматривать посетителей.
Кто-то был один, кто-то с другом. Кто-то уже вовсю предлагал себя богатенькому клиенту.
– Эй, парень! – я обернулся на хриплый голос. Передо мной стоял помятого вида, неопрятный латиноамериканец. Его сальные глазки словно ощупывали меня липким взглядом.
- Чего нужно? – недружелюбно огрызнулся я.
– Заработать хочешь?.. Я владелец этого заведения. Мигель Орсадос.
– Не откажусь от приработка, - я набивал себе цену ленивой интонацией.
– Тогда …
Тяжелая рука вдруг легла мне плечо.
– Заждался, малыш? Извини, дела… – Я обалдело уставился на подошедшего сзади мужчину. Взгляд выхватил несколько ярких деталей: острые черные глаза, бородку «клинышком», делавшую ее обладателя похожим на хищную птицу; бежевый мазок длинного кашемирового шарфа. Пальцы на плече сжались чуть сильней, мужчина едва заметно кивнул, прося подыграть.
– Я устал и замерз, - капризно продолжил я, - и есть хочу, достал ты своими делами.
– Ну не сердись, котенок, поехали домой. Кирк, - обратился мужчина к бармену, - запиши все на мой счет.
– Будет сделано, мистер Зак! – ответил за бармена владелец, и скороговоркой продолжил: - Я ей-Богу, ничего такого не имел в виду, мистер Зак! Просто перекинулись с парнем парой фраз о погоде…
– Я так и понял. - Мужчина, не обращая больше внимания на Орсадоса, потянул меня за руку, заставляя подняться. Едва я встал на ноги, он сильным движением притянул меня к себе и нахально чмокнул в губы. – Будет тебе ужин.
Мы вышли из бара. Мужчина подвел меня к не очень дорогой, но ухоженной машине:
- Ну, так куда тебя отвезти, малыш?.. – несмотря на игривость его тона, взгляд черных глаз оставался очень серьезным. И у меня сложилось впечатление, что где-то я его видел… только не мог вспомнить, где. По телевизору? В газете или журнале?...
– Не нужно никуда везти, у меня нет дома. И денег у меня нет. А мой заработок вы только что спустили на нет.
– Дурак! - оборвал меня Мистер Зак. - Скажи спасибо, что это был я, ты не только ничего бы не заработал, но и хорошо, если бы жив остался. Как тебя зовут?
– Мартин. Мартин Шеридан.
– Сколько тебе лет?
– 19.
– Ладно, поехали, разберемся на месте.
Он вел машину сам, уверенно, явно зная эти трущобы как свои пять пальцев. Вскоре мы выехали в более приличный район, а потом и вовсе оказались за чертой города.
Дорога заняла не более получаса. Мы остановились возле небольшого особняка в классическом стиле с довольно высоким забором.
- Выходи, бродяга.
- Где мы? Что вам нужно от меня?
- Ты, кажется, хотел заработать? – усмехнулся мужчина. – Или уже передумал?
- По крайней мере, свою десятку я из вас выжму обратно, мистер, - я ухватил свою сумку и решительно двинул в сторону дома. Ответом мне был довольный хмык, похожий на смех.
- Входи.
Внутри дом был обставлен дорого и скромно. Входная дверь через небольшой тамбур, где оставляли верхнюю одежду и обувь, вела в просторный холл. Вдоль дальней стены шла лестница на второй этаж. Справа была большая кухня-столовая.
- Поднимайся на второй этаж. Ванная комната - первая дверь налево. Все, что нужно, там есть.
Я кивнул и устремился наверх. Что бы там ни ожидало дальше, я был благодарен Мистеру Заку хотя бы за то, что он тактично дал мне возможность привести себя в порядок. Как мало человеку нужно для счастья - горячая вода и полчаса времени в одиночестве. Тщательно вымывшись, я, не найдя подходящего купального халата, замотал полотенце на бедрах и спустился вниз.
- Простите, можно мне выстирать свою одежду, мистер?
- Выбрось ее, больше это старье тебе не понадобится. Завтра утром здесь будет новая. Садись за стол.
Я молча повиновался. За изысканно сервированным ужином, ковыряясь в тарелке, я молча рассматривал нового знакомого. Подтянутый, спортивный мужчина неопределенного возраста «за сорок», он вполне бы мог быть моим отцом. Лицо вполне европейское, но смуглая кожа, черные, как смоль волосы, слегка тронутые сединой по вискам и выразительные черные глаза выдавали присутствие какой-то южной крови. Мужчина был, несомненно, красив. Но это был не Мартин…
Ужин прошел в тишине, он ни о чем меня не спрашивал, и я стал заметно нервничать. Наконец мужчина откинулся на спинку стула и уставился на меня изучающим взглядом. Давно я так не краснел, прямо как девица на выданье.
- Поднимайся наверх. Если ты был внимателен, то уже знаешь, что спальня сразу за ванной.
Я медленно поднялся и пошел в сторону лестницы. Спальня оказалась шикарной: минимум мебели, мягкие драпировки роскошных тканей и огромная широкая кровать, на которой легко могли уместиться как минимум четверо. Я постоял на пороге, немного замявшись, а потом решительно шагнул. Знал ведь, на что иду… Как был в полотенце, я улегся на покрывало и стал ждать. Минуты тянулись, словно жевательная резинка, я почувствовал, что погружаюсь в сон. Как это часто бывало после тяжелых дней, мне снова приснился Мартин. Улыбающийся, такой родной и такой далекий.
– Мартин, не уходи… не бросай меня, Март!!! Не умирай, Мартин!!!....
- Малыш, малыш, это только сон, тише, не плачь, ну что ты? – Мистер Зак казался расстроенным не меньше меня самого.
- Простите…я… не смогу быть с вами. Не знаю, чем мне отплатить вам за заботу, но…
Мужчина стиснул меня в объятиях, как бы приказывая замолчать.
Теплые руки обнимали меня и успокаивающе гладили, словно младенца, словно любимое дитя. И безудержные слезы полились с новой силой... Впервые я так плакал с похорон Мартина. Зак обнимал меня, ни слова не говоря. Понемногу истерика утихла, и я отстранился от мужчины. В спальне горел ночник, и я рассматривал спокойное, чуть заспанное лицо, с грустной улыбкой.
- Ну что, успокоился? Пойдем выпьем, есть разговор, Бродяга.
Я поднялся с кровати, завернулся в покрывало, как в римскую тогу, и спустился следом за Заком вниз.
Он достал бутылку виски, два стакана, плеснул в каждый понемногу. Из морозилки вытащил ведерко со льдом, добавил.
- Давай знакомиться, малыш. Меня зовут Зак. А тебя?
- Мартин Шеридан.
- Эту сказку я уже слышал. Поэтому начнем с начала. Я Зак Лоуренс, а ты?
- Зак Лоуренс?! Закарий Артур Лоуренс?! Тот самый!!!?
- Ого, и откуда такие познания?
- Вы обладатель самого крупного месторождения алмазов. Вы доказали, что в устье Амазонки есть такие залежи, и запатентовали свою находку. Вы сотрудничаете с самыми крупными ювелирными домами мира, а ваша алмазная крошка используется во всех отраслях. Даже медицине.
- Да я смотрю, ты интересуешься бизнесом, Бродяга?
- Я уже ничем не интересуюсь. А зовут меня Джейсон-Александр Коул.
Теперь пришла очередь Зака удивиться. Мужчина уставился на меня, как на привидение.
- Джейсон Коул? Сын Филиппа Коула? Малыш, а ты знаешь, что тебя ищут?
- Никто меня не ищет. Моему отцу не нужен такой сын, так что ваше удивление и радость не обоснована мистер Лоуренс. - мужчина слегка поморщился, услышав это обращение.
- Зови меня Зак. Я привык к простому общению... мда... - он закурил ароматную сигару. - Как это не похоже на Филиппа... он редко говорил о наследнике, но всегда гордился тобой. Крепко же ты ему насолил, бродяга. И позволь спросить, что ты делал в этом сомнительном кабаке.
- Пытался заработать денег. Ну, любым способом.
- Это не способ, Джейсон... Это отчаянье. И это не выход. - на несколько минут Зак задумался, попыхивая сигарой. - Послушай, у меня есть к тебе предложение. Обдумай его хорошенько. Через два дня я уезжаю и мне нужен толковый секретарь. Если ты не хочешь возвращаться домой, я предлагаю поехать со мной. - В тот момент Закарий Артур Лоуренс показался мне небожителем. Его предложение разом решало все проблемы. Оно было слишком сказочным, чтобы поверить в него, поэтому я поспешно ответил:
- Я согласен.
- А как же подумать? - удивился Лоуренс.
Я устало прикрыл глаза. Не о чем тут думать... Лучше сразу забыть обо всем и обрубить все концы.
- Я все обдумал и согласен, мистер Лоуренс.
- Юджио Накамуро.
2
Меня разбудили громкие голоса и, кажется, я слышал выстрелы. Я быстро поднялся и, стараясь не шуметь, оделся. Выскользнув на крыльцо домика, где мы жили, я увидел, как Зак, чертыхаясь и эмоционально жестикулируя, что-то пытался объяснить офицеру в форме Французского Легиона. Нахальный тип с ироничным прищуром синих глаз, казалось внимательно слушал моего друга.
- Что случилось? – я подошел к говорившим.
- Не вмешивайся, Алекс, - Лоуренс, отмахнулся от меня как от назойливой мухи.
Во мне стал закипать гнев и все же я смог произнести, скрывая эмоции:
- Что случилось, отец?
Закарий обернулся и пристально на меня посмотрел. За эти три года, что мы прожили вместе, я не часто так его называл, наверно в силу того, что Зак действительно относился ко мне как к сыну. И сейчас, сменив гнев на милость, вполне обычно произнес.
- Все в порядке, сын. Все в порядке.
Легионер скользнул по мне размазанным равнодушным взглядом, и бросив окурок на землю, ехидно произнес.
- Да, в порядке. Если можно назвать порядком, то, что на прииск напала банда вооруженных людей, и ваш отец чудом остался жив. Если бы мы не оказались поблизости, гора трупов была бы обеспечена.
Я вслушивался в голос легионера и понимал, что меня затягивает в водоворот синих глаз. С тех пор как умер Мартин, я ни с кем не встречался. Боль и гнев от того, что он не сказал о своей болезни и все пытался решить сам, постепенно отпускали, оставляя на душе обиду и сожаление.
- Ефрейтор Накамуро, я бы попросил вас не вмешивать моего сына в конфликт.
- Господин Лоуренс, - все напускное спокойствие слетело с ефрейтора, как шелковый шарфик с шеи кокетки, и я услышал поток отменной французской брани. – Как вы не понимаете, что вам пора убирать отсюда свои задницы? Эти конфликты продолжатся, и хорошо, если без жертв!!
- Юджио, прекрати немедленно.
Я увидел, как легионер обернулся на окликнувшего его человека и сердце мое, сделав последний удар, рухнуло куда-то вниз. Накамуро улыбнулся позвавшему его парню. Открыто, нежно, так, что в глубоких синих глазах отразился весь мир. Так могут улыбаться только любимому и бесконечно дорогому человеку.
- Капрал Моррисон, вы нарушаете субординацию, - произнес легионер, но у меня почему-то сложилось впечатление, что все это часть игры, в которую с великим удовольствием играют эти двое.
- Прошу меня простить, но вас разыскивает капитан Алишер.
Ефрейтор обернулся к Лоуренсу: - Зак, я вас предупредил, вам нужно немедленно покинуть это место, если хотите сохранить свою жизнь и жизнь своего сына, все доброго, - Накамуро подошел к Моррисону и никого не стесняясь, обнял того за плечо.
- Юджио, ну сколько можно, - возмущенно произнес парень, сбрасывая с плеча руку ефрейтора, - люди же кругом.
- Не бурчи, праведник, - рассмеялся легионер, а я, наконец, вспомнил, что людям свойственно дышать.
Меня обняли теплые руки, и насмешливый голос шепнул на ухо:
- Малыш, слюни-то подбери, этот клиент занят. Алекс, наконец-то я вижу хоть какие-то чувства, но поверь мне, там тебе ничего не светит.
- А я и ничего не жду, Зак, - так же тихо я шепнул в ответ другу, все еще провожая взглядом смеющуюся, и подначивающую друг друга пару….

****
- Входите.
Я вошел в небольшой кабинетик. Всей-то мебели в нем было – стол да два стула, расположенные друг против друга. И сразу стало понятно, что ждет меня не светская беседа, а тяжелый допрос.
- Садитесь.
Я сел на предложенный стул, поднял глаза на собеседника и задохнулся от собственных эмоций.
Я не видел его больше трех лет, с тех самых пор как отряд, в котором он служил, был прислан на помощь Заку. Он изменился. Под глазами залегли круги. Он совсем не улыбался. Он похудел. Сейчас передо мной сидел хищный и опасный, и, кажется, смертельно раненый зверь.
- Ваше имя, возраст и место рождения.
Только голос остался прежний, обволакивающий, чуть хрипловатый, со стальными нотками.
- Джейсон-Александр Коул, 25, Нью - Йорк.
Накамуро поднял на меня глаза и пристально посмотрел, словно, что-то обдумывая или припоминая.
- Скажите, Филипп Коул ваш отец…
- Мой единственный отец – Закарий Артур Лоуренс. Он скончался в Нью-Йоркском хосписе от тяжелой болезни два года назад….
- Простите, я не знал…
- Не стоит извиняться, ефрейтор Накамуро.
- Капитан, с вашего позволения, - поправил меня Юджио.
- Ого, поздравляю капитан, - я почувствовал, как в висках начало покалывать, первый признак наступающего приступа. – Если это все вопросы, я могу быть свободен?
Накамуро поднял на меня встревоженный взгляд. В темно-синих глазах застыл немой вопрос. Кажется, этот человек видит меня насквозь, я сжал кулаки. Боль нарастала. Еще не хватало грохнуться в обморок прямо здесь!
- С вами все в порядке, господин Коул?
- Да, все в порядке.
Юджио недовольно покачал головой и, поднявшись со своего места, подошел ко мне. Осторожно взяв за подбородок, заглянул в мои глаза. В них уже вовсю плескалась боль.
- Джейсон, как часто повторяются приступы?
- Не часто.
- Не пытайтесь меня обмануть. Я врач. Военный врач. И вашу ложь я вижу насквозь, поэтому повторю свой вопрос. Как часто повторяются приступы?
- За последние два года это третий.
Юджио опустил руку, а мне все еще казалось, что я чувствую его прикосновение - ласковое, обжигающее. Неожиданно капитан коснулся своими пальцами моих висков, слегка помассировав.
- Это немного уменьшит боль.
Я прикрыл глаза, боль и правда потихоньку спадала. От мрачных мыслей меня отвлек шум открывающейся двери:
- Алишер!!! Что ты здесь делаешь?!
Я открыл глаза. Еще одно знакомое имя из прошлого. Я почувствовал, как капитан убрал руки с моих висков. И снова этот свет в глазах и улыбка, радостная улыбка счастливого человека. Что же произошло за то время, что мы не виделись. Я заметил вопросительный взгляд, брошенный на меня парнем.
- Господин Коул, на сегодня мы закончили, но наш разговор не завершен.
- Как скажите капитан. Благодарю за помощь.
- Не стоит. И настоятельно рекомендую вам обратиться к врачу.
Я подошел к двери, и обернувшись, улыбнулся. Я уже знал, что здесь в этом убогом кабинетике, я оставляю все самое ценное и самое дорогое для себя. И едва я закрыл дверь и прислонился к стене, боль накатила с новой силой. Я закрыл глаза и прикусил губы. Тишина, казалось, была оглушительной, но все же я услышал обрывок разговора в кабинете.
- Юджио, он не виновен. Это доказано.
- Черта с два не виновен!!! И пока я не докажу обратное, меня никто не убедит, что известный бизнесмен и финансист Джейсон-Александр Коул никак не связан с неуловимым Мартином Шериданом. Никто!!
- И все же, тебе придется с этим смириться. Есть новое задание…
Дальше я не стал слушать. Неуверенно переступая, я побрел к выходу. Отсюда пора уносить ноги, и чем скорее, тем лучше…
*****
- В этом Богом забытом месте есть хоть один врач!!!?
Голова болела неимоверно. Черт меня дернул попереться в город, когда первые признаки приступа были налицо. С нашей последней встречи с Юджио, приступы участились. И порой я выключался из реальности в самое неподходящее время и в неподходящем месте.
- Молодой человек, извольте закрыть рот. Вы находитесь в больнице, а не в борделе. А врач уже здесь. Так на что жалуетесь?
Я обернулся на голос и застыл. Нечасто приходится встречать таких красивых людей, особенно женщин. Эта женщина поражала. Миниатюрная, явно сказывалась азиатская кровь. С ироничным прищуром темных глаз. Умная, хищная стерва, к тому же хорошо знающая себе цену.
- Прошу меня простить, мисс. Иногда я забываю о правилах хорошего тона.
- Это заметно, так на что жалуетесь?
Я довольно быстро описал девушке свои проблемы. К моему удивлению, она серьезно отнеслась к моей просьбе о лекарстве. Ухватив за руку, потащила к пустой палате.
- Снимайте пиджак, закатывайте рукав и ложитесь. Я поставлю вам капельницу, если почувствуете сонливость, закрывайте глаза и засыпайте.
Я исполнил все приказания этого генерала в юбке, и уже уплывая в спасительный сон, я спросил:
- Как вас зовут, мисс?
- Агасута…

Джейсон-Александр Коул

@темы: отношения

URL
   

Алекс-Джейн Коул

главная